Группа АлисА в Архангельске 1 марта 1987 года:
выступление на 5-ом фестивале "Рок-Архангельск" в ДК "Красная Кузница"










Вспоминает Сергей Богаев (Облачный край): "Приключения в коллективе "Алиса" начались уже в воздухе. На середине полёта Косте Кинчеву вздумалось покурить. Думаю, не нужно говорить о том, что предварило это естественное желание. Пропустили рюмочку, надо думать - не одну: за то, чтобы взлетелось, да и за то, чтобы летелось хорошо, да не упалось... нет бы Косте тихо, крадучись, осесть в туалетике, благо их два, а то и четыре... так нет... сигарета была раскурена на месте. Сидящие рядом пассажиры возмутились, вызвали бортпроводниц, затем кого-то из экипажа - стали призывать к порядку, однако все они были посланы Константином во все части человечьего тела. Недолго думая, экипаж запросил у Земли ментовский наряд, встречать самолет сине-голубыми воронкАми. Аэропорт в Архангельске, так же как Борисполь в Киеве расположен за городом в местечке Талаги. Там же и наша психбольница: если звучало "а куда его увезли? да в Талаги!" - то всем становилось ясно, куда именно.
Экипаж судна сообщил, что на борту хулиганы, не реагирующие ни на что. Когда самолет подрулили к стоянке и подали трап, Кинчев вышел из самолёта и тут-то его под белы рученьки и в кузов…
Таким и запомнился группе Алиса первый шаг на поморскую землю. Казалось бы, каюк нашему фестивалю. Но Ростислав Дубинин встречал наших гостей не один, с ним были сотрудники комсомольского комитета завода. Как можно деликатно и тактично они стали убаюкивать правоохранительные органы: "Вы понимаете, вот это вот всё-таки наши гости, у них такая напряжённая жизнь - гастроли, выступления, поездки... ребята расслабились, устали, несколько потеряли над собой контроль, ну давайте простим, ведь их выступления ждёт столько народу... они больше так не будут...". Слова Дубинина, подчеркнутые номенклатурным присутствием, возымели действие: милиционеры пошли навстречу и отпустили Константина на наши поруки."



Я не встречал "Алису" - был занят техническим вопросом на площадке. Ни в какие оргкомитеты не входил, но вся техника, соответственно, была на мне, ибо я считался самым главным техническим специалистом. Последние три дня перед фестивалем я и жил в клубе. В тот вечер готовил спальные места в клубе для питерских гостей. Их привезли в полночь, и Кинчев немедленно включился в рабочий процесс. Особенно его волновал вопрос звука, он спросил меня - кто будет за пультом. Я ответил, что если хочешь - буду я, так как лучше - здесь всё равно не найдёшь. Он высказал пожелание:
- Сергей, знаешь что, пусть аппарат так себе, пусть ты не знаешь всех тонкостей и нюансов наших аранжировок, главное - чтобы звучали бочка, рабочий барабан и голос. Это самое главное". Сразу провели репетицию - настройку звука. Я всё-же добавил в микс клавиши, гитару и бас, потому что барабаны без баса это одно, а с басом, всё таки, совсем другое. Костя просто не верил, что наш хилый сетап сможет пропустить этот бас. И клавиши были слышны и труба. Трубач, Андрей Васильев мне запомнился как самый неадекватный персонаж в Алисе - абсолютно безбашенный, отмороженный и неконтактный, тихий такой... но его партии были очень уместны в алисовских песнях.

Группа АлисА в похмельном состоянии на саундчеке:


За звукооператорским пультом - Сергей Богаев, лидер группы "Облачный край":


Когда музыканты Алисы поняли, что жить им предстоит именно здесь, некоторые недовольно заворчали. В частности, басист и аранжировщик песен Пётр Самойлов был настолько загружен самолётным зельем, что выглядел очень уставшим. Он просто встал и твердо сказал:
- "Мне нужен отдых. Нормальный такой отдых, где можно помыться и растянуться в постельке"... и тут Андрей Лукин:
- "Да какие проблемы, я щас маме позвоню, предупрежу, и кто хочет - давайте ко мне". Мама у него замечательная, все понимала и поддерживала всегда. Позвонил, мама дала добро, и Петр вместе с Васильевым отправился к Лукину. На следующий день встречаем Петю: посвежевший, побритый садится, рассказывает:
- "Представляете, просыпаюсь... а на стульчике передо мной блюдце, а на блюдце стакан, а в стакане - кефир! Протягиваю руку - холодный!! Представляете?" Это мама Андрея, видя состояние гостя, заботливо поставила ему такой утренний сюрприз. Счастливый, благоухающий Пётр был сильно впечатлен этим маленьким, но значительным эпизодом.

Благодушие Петра Самойлова было настолько велико, что он одолжил Андрею Лукину свою бас-гитару фирмы Yamaha для выступления на фестивале. А Андрей играл на басу ни много ни мало сразу в трёх группах. Бас-гитара очень понравилась Андрею, степень его радости можно оценить по этому снимку. На фото он в составе группы "Сцена".


И вот - пробил час, действие началось. Буквально с первых минут зал не утихал до самого конца. В это трудно, конечно, поверить, но таких концертов в Архангельске еще не было. С каждой выступающей группой шум только нарастал, хотя, казалось бы... однако именно так и было - дальше уж некуда, а оно все громче и громче. Хотя не было в то время никаких таких таблеток экстази там и прочее, все плотно сидели на портвейне и надо сказать, никто между рядами не падал. Изначально выстроив звук, я попросил ребят из технической группы никого к пульту не подпускать и ничего там не шевелить. Вот как выстроили вначале - так пусть у всех одинаково и будет. Пусть все будут в равных условиях.
Мы с Рауткиным решили перед концертом немного посидеть в тишине, отдохнуть. Да и Кинчев понял нас с полу-взгляда. Спросил - "а нет ли здесь где-нибудь потише?" Мы поднялись на второй этаж - там, рядом с кабинетом Олеси Викторовны, директора ДК, располагался наш зал бракосочетаний. Там висели красивые бархатные шторы цвета запёкшейся крови, и было тихо-тихо, только первый этаж мерно выдувал воздух: ух-ух, ух-ух... оставалось часа три до нашего выступления - самое время было предаться лёгкому одиночеству на троих. Расположились на подоконничке, тишина, покой. Взяли из буфета стаканы, разлили. Константин произнес краткий тост:
- "За попс!"
Тут мы переглянулись удивленно, и, видя наше смятение, Кинчев уточнил:
- "Ну, за попс, ребята! Чтобы сегодня, в этот прекрасный вечер мы подняли попс на величайший уровень, недосягаемую высоту!
Эту фразу я очень хорошо запомнил. Мы поняли, что это совершенно новый, только появившийся в столицах термин, применимый к нашему действу. Что-то в слове "попс" нам не очень нравилось, однако в устах Кинчева все приобретало особый смысл, по крайней мере, раз он так сказал, значит, оно и правильно. Потом мы этот не до конца понятный в смысле своем тост именно так и произносили... В общем, чокнулись мы, поднесли стаканы к губам, и тут дверь в зал широко распахнулась и вошла директор клуба. Так мы и застыли с по-гусарски согнутыми в локтях руками. Пить в присутствии главного должностного лица было неудобно, но и спрятать уже поздно... Олеся Викторовна посмотрела на нас, улыбнулась, погрозила пальчиком, вышла и закрыла дверь без вопросов вообще. До чего же мудрая женщина! Кинчев удивленно спросил "Кто это?" Я ответил... впору был бы тост "за понимание". Но пили мы за попс. Осушив портвейн, мы подались вниз, собирать своих. На прощание, Константин еще раз произнёс:
- "Только помни, Серёга! Голос и барабаны. Барабаны и голос...

Недовольный Кинчев, которого разбудили для фотоснимка:


Алиса не вышла на сцену до тех пор, пока я, - вырвавшийся из под нерегламентированного взаимодействия талантов и поклонников, - не пробрался в зал, на микшерский пульт. Только когда я в микрофон сказал, что все настроено, и можно начинать, в зале погас весь свет. На первой песне "Мое поколение", я стал выводить все инструменты на нужный уровень, чтобы они ни голосу не мешали, ни барабанам. Звучало всё очень сухо, и чтобы перекричать шум зала мне пришлось вывести мастер почти наполную.

"Только помни, Серёга! Барабаны..."


"... и Голос"


В зале воцарилось абсолютное бесовство, и я не слышал не то, что инструментов там или барабанов и голоса - не слышал вообще ничего. Звукорежиссер на пульте, я не слышал ничего вообще. Сам - только что со сцены, из под комбиков и барабанной установки - да в зал, к пульту, в центр кишащих бандерлогов... Сразу скажу, что вспомнить мне, кроме орущей вокруг субстанции нечего... было круто, громко, только и всего. Я только что сам отыграл дебют, и у меня была напрочь сорвана крыша...






Уже после, когда все уже расходились счастливые и довольные, Костя стал искать свой свитер. А свитер ему связала мама, он был объемный такой, красный, с огромной ярко-чёрной буквой "А". И вот этот свитер пропал из гримёрки. Такое у Кости расстройство было на лице - не передать. Я даже не совсем понял, в чем проблема - ну пропал свитер. У меня тоже быта такая мохнашка, я в ней был похож на Кинг-Конга, так вот она тоже пропала, но мне это как-то в тот момент... особенно не волновало. Но Костя огорчился не на шутку:
- "Ты понимаешь, просто этот свитер мне связала мама, она хотела просто красный, но я попросил вывязать букву "А", и так жаль, что..."
У Кости сей свитер, был, как талисман, приносящий удачу. Я понял, что ответственность на мне - ведь фактически, я пригласил группу к нам и вот - пропала вещь. Перерыли всё, но не нашли. Сели, переживаем все вместе и вдруг... хлопает входная дверь, топот по коридору... вбегает один из наших архангельских музыкантов, и в руках у него красный свитер. Парень приехал домой, обнаружил в своём рюкзаке Костин свитер и пулей примчался обратно. Надо было видеть лицо Кинчева в тот момент. Его озарило солнцем. Он обнялся с парнем, написал ему автограф, и воцарилось такое благолепие вокруг... все стали вынимать, что у каждого было припасено на дальний случай. У кого две, у кого три - все одновременно заговорили, зашутили, заоткрывали свои бутылки, синхронно наполняя гранёные стаканы и так, нашему фестивалю была поставлена яркая точка."

Яркая точка:






Материал составил Забей по воспоминаниям Сергея Богаева (в записи Алексея Вишни) и Сергея Супалова.
Фотографии Сергея Супалова и Сергея Телова.

Есть чем дополнить? Пишите сюда:
alisa-tver@yandex.ru

P.S. Дополнение от 27.04.2016, качественные снимки от Сергея Телова: